Любовь имеет разные личины. Люди привыкли сводить ее к одной. Если бы любовь была собирательным образом, то она стала бы конфетой, вкус которой никто до конца не познал, но все знают — она очень вкусная, отчего каждый хочет ее попробовать. За ней гонятся, за нее борются, из-за нее ссорятся, умирают и приобретают смысл жизни.
Для большинства любовь = добро, а добро — это хорошо. В мире категоризации любовь не привыкли различать на хорошую и плохую. Людям проще сказать себе, что любить — правильно, на этом поставив точку. Мышление, правила социума, реклама — это заставляет нас идти по привычной колее доброты, где любовь приравнивается к необходимому свету. Как солнце. Мы не просчитываем последствия того, сколько хорошего отдается на автомате. Все добро по умолчанию считается полезным, особенно любовь. Нам часто страшно быть злыми и неправильными, не соответствовать ожиданиям. Страшно перестать излучать свет с добротой.
Страх порабощает, любовь освобождает. Свобода должна иметь границы и любовь тоже. Нам не стоит подчинять разум бездумной — безусловной любви. Лучше подталкивать его любовью на развитие. Безусловной любовью обладает Творец, для него её трансляция вредна на 0%, для русских её проявление вредно на 70% (для евреев на 50%), или мы возомнили себя богами? Глобалисты давят в нас верное понимание любви-свободы, пытаясь превратить её во вседозволенность. Понятие любви в современном мире запутано и искажено. В первую очередь у нас должна быть развита зрелая любовь. Величина зрелой любви в 1985 году в среднем у людей 90%, у русских 50%, у японцев и азиатов есть зрелая любовь улья (всё на всех) — коллективного сознания, направленная в первую очередь на их выживание и поэтому вредная для нас при большом количестве мигрантов. У китайцев любовь к своей нации отражается тем, что в России они на свои предприятия нанимают только китайцев, платят, даже в РФ, если есть возможность, только своим. В СССР была незрелая, инфантильная любовь, которой мы и обладаем в значительной степени. Она была нацелена на то, чтобы делать всё ради всех, главным образом, другим странам и даже другим народам в составе СССР. Всё — другим. В 1985 году национализм русских (любовь к своей нации) был минус 25% (сейчас минус 10%). Для компенсации мы имели национализм кавказцев, азиатов, казахов в районе 20%, у прибалтов вообще 30%. Это приводило и к зачаточному нацизму (ненависти к русским) у них, что там и усугубилось после ослабления России из-за распада СССР (слабых бьют) и привело к нацистской русофобии, вплоть, сейчас у украинцев, до 80%, у прибалтов 60%. У фашистов в 1941 году было 70%. Таковы последствия нашей чрезмерной инфантильной любви.
Зрелая любовь нацелена на индивидуальность и на выполнение своей миссии. Она не нацелена только на общество — всё другим в ущерб себе (сам погибай, товарища выручай). Любовь типа «всё ради всех» имела право на первостепенное применение, когда в древние времена предки русских были на Земле миссионерами, духовно и материально многократно превосходили здешних невежественных аборигенов. Сейчас ситуация изменилась на противоположную. Аборигены с нашей помощью уже развились. По крайней мере в области материальности другие народы теперь нас опережают и справедливо клюют за то, что мы никак не откажемся от древних представлений, что мы должны аборигенам всё отдавать, ничего не получая взамен. Это наша гордыня своей светлотой и порядочностью. В преступном мире это глупость несусветная!
Суть любви в том, что она должна раскрывать индивидуальность в определённых аспектах, которые несут развитие личности, душе и телу. Нас этому не учат, т.к. это позволяет более критично относиться к окружающему миру. Люди начнут думать своей головой на плечах — не так, как требуется современным рабовладельцам. Зачем им люди, понимающие происходящее и стремящиеся к свободе.
Любовь, где мы делаем всё для всех, нам проще понять, потому что мы любим жертвовать. Мы ощущаем себя сразу великими — сами всё отдаем. Да нам ничего и не надо, мы же богатые — страна большая, а душа — нараспашку щедрая. Россия — страна голых королей, любящих обманывать себя светом любви. Думать не надо — отдал всё другим, и жизнь прекрасна. Иди отдай еще раз — чем больше, тем лучше. Тут невдомёк нам, что такая жертвенная любовь ограниченного диапазона несёт разрушение. У русских есть страх проявления потребностей своей индивидуальности в обществе (10%, у евреев 0%), поэтому мы предпочитаем жить для кого-то, а не для себя. У англосаксов и евреев наоборот, культ индивидуальных потребностей. Любовь жертвенная (отдаю другим — безусловная)/зрелая/к индивидуальности: у русских 98/50/45%, англосаксов 10/92/98, евреев 10/94/98. Жить в угоду другим — общенациональная проблема русских. За это нас клюёт окружающий мир, там это не ценится и вызывает ощущение нашей слабости, раз мы не защищаем своё. А нам проще отдать, чем подумать, стоит ли отдавать. Нам трудно это менять, но придётся выйти из зоны привычного жертвенного комфорта горделивого отдавания. Любовь к индивидуальности особенно нам некомфортна, она заставляет расти, развиваться. Мы же любим отдать без оплаты африканцам зерно или дать бомжу денег, или быть наивными Дон Кихотами, когда у самих проблемы. Англосаксы, ЕС и КНР нам показывают, как надо проявлять прагматизм, а мы — да заберите острова, заберите Аляску, дарим. Сплошные жертвы глупой и наивной доброй воли. Мы пытаемся отдать кому-то то, что хотим, чтобы подарили нам, а это очень вредно, ведь нам никто ничего не подарит. Мы мыслим в рамках всеобъемлющей любви, а Запад в рамках индивидуализации, наши цели противоположны, но правы больше они, чем мы. Границы проявления любви должны быть, а у нас инфантильная любовь. Ребёнок, любящий мать, отдаёт всё, что может, но это не подходит для взаимодействия с окружающим миром.
Зрелая любовь даёт понимание, сколько можно дать и где предел отдавания. Зрелая любовь не про эгоизм, не про широту души. Это про понимание границ, она ищет и просчитывает, как кому и сколько можно дать энергии любви. Наша же любовь, как правило бездумная, тупая, безсмысленная, чрезмерная и всеядная. Любить всё подряд так же опасно, как есть всё подряд. Есть фильтр на еду, но нужен фильтр и на отдачу энергии любви. Надо учиться правильному проявлению любви у других народов, особенно у прагматичных и материально успешных. Есть проблема с адекватностью любви. Адекватность проявлений любви средняя/у англосаксов/евреев/русских: 99,0/99,7/99,9/92,5. Наши 7,5% неадекватности — это очень много. Мы любовь транжирим на других, очень мало получая её обратно, а в основном получаем возврат клеветой и ненавистью. Любовь д.б. разумной. Наша любовь похожа на собаку, безмерно любящую всех и пускающую на всех слюни любви. Когда мы слюни на Украину перестали пускать, сразу начались конфликты, как же так, всё время позволяли на себе паразитировать и вдруг…
Рассмотрим аспекты зрелой любви: 1) У любви должна быть философия — почему, зачем, откуда. Любовь должна уметь задавать эти вопросы, иначе у человека проблемы её восприятия.
2) Должна быть цель — на кого она д.б. направлена, зачем и почему она существует.
3) Должна наталкивать на размышления. У любви должны быть мозги. Без них она теряет смысл развития.
4) Учит думать и правильно проявлять себя. Индивидуальность должна быть опорой. Причем индивидуальность каждого человека имеет значение.
5) Мы ответственны только за то, сколько любви, как и кому дали. В этом нет потолка и всегда надо уметь дозировать чувства. Люди должны нести ответственность за результат передаваемой энергии. Если отдал и пошёл дальше, не обратив внимания к чему это привело, то это наша большая ошибка.
6) Фильтр. Величина передаваемой любви должна зависеть от того, насколько человек её достоин. Она не может иметь равной отдаваемой величины для каждого человека. Каждому по заслугам.
7) Развитие. Наша любовь должна развивать человека, а не возвращаться злом, как у Дон Кихота, но пока возвращается в большинстве случаев к нам именно злом.
8) Жесткость как необходимость. Любовь должна иметь стержень для развития — жёсткость, иначе она становится всеядной, бездумной, слепой. Стержень жёсткости и является фильтром от чрезмерной, вредной доброты. Если стержень слабый, все остальные аспекты проседают. Мы считаем, что любовь это что-то мягкое, но это ошибка.
9) Польза. Любовь должна нести пользу и проявление этого м.б. дискомфортным для других. Пример: любящий отец наказует дитя своё, это не приятно дитю, но даёт пользу для понимания чего-либо. Для нас любовь опирается на комфорт и нам хорошо, а она в определённых случаях должна быть и не комфортной — жёстко вразумляющей.

Теперь взглянем на типичную русскую национальную любовь, присущую нашему характеру. Собирательный образ больных аспектов, которые довольно распространены. Ошибки любви:
1) У русской любви нет философии — почему, зачем, откуда. Она безусловна, как если бы собака любила своего хозяина и всех подряд. Она всеядна.
2) Обесценивание себя. Цель нашей любви — чтобы ее было как можно больше, светлее, выше, лучше к другому, но не к себе.
3) Отдавать — это правильно в любом случае, ну или почти в любом. Наша любовь учит не как думать, а как можно и нужно отдать ближнему своему или другим, ибо ты, якобы, так велик. Это порой порождает гордыню с одновременной жертвенностью.
4) Жертвуй. Твоя жертва — оправданна, а если нет, такое все равно хорошо. Учит коллективному отупению светом во имя высшей благородной цели. Думать о себе стоит в последнюю очередь. Терпи, если что-то не так и не подавай виду. Будь выше своих страданий. Люби кого-то, а не себя.
5) Развитое чувство вины вместо необходимой ответственности. Мы должны нести ответственность за то, что недодали. Чрезмерная терпимость.
6) Любви достоин каждый — нет недостойных, есть просто те, кому недодали и от того они злые. Пожалей их, посочувствуй, а еще лучше — полюби. У тебя-то точно света на всех хватит. Делись без раздумий. Ты же можешь. Это нетрудно.
7) Наша любовь в большинстве своем развращает человека, делая из него паразита. Она учит садиться на шею к другим или же давить себя во имя чего-то высокого вроде чести.
8) Любовь стержня почти не имеет. Она мягкая и пушистая. Похожая на нимб с крыльями. Мягкость считается эталоном, чем мягче — тем ты правильнее и круче смотришься в обществе.
9) Любовь несет больше вреда чем пользы. Мы плодим ее как кроликов, со всеми подряд как угодно в любое свободное время без контроля жесткости. Мы любим перекормить ей человека, поскольку это широко поощряется. У нас нет опоры на фильтры и на свои хотелки. У нас любовь скорее похоже на ожирение американцев от фастфуда.
10) Наш мозг тупеет от ошибочных представлений о любви.

Русская любовь сильно отличается от восприятия её в ЕС и в США. Нас не любят за то, что мы сами себя не умеем и не хотим любить. Хотя среди них мы воспитатели, несущие большую ответственность за свое восприятие мира. Нам следует быть примером. Любовь — это про осознанность, любовь — это не просто свет Солнца или от люстры, которую нужно бездумно включать. У нее есть особый смысл, сакральное значение. У нас же она национальная болезнь, кривое зеркало, где все не так и все не эдак. Много — не значит хорошо. Людям пора понять, что любовь — это оружие, и, если ее правильно использовать, то мы перестанем быть агрессорами или огромными клоунами для многих стран мира, и в первую очередь обретём самих себя. Достоинство определяет вектор восприятия. Любовь — не есть политика, любовь — особое мышление, не имеющее идеала.
Наша энергия линейной любви — это модуляции человеком несущей, а несущая — это энергия Святого Духа, поступающая к нам в качестве любви от Творца и Божественной Матрицы. Важным является очищение нашего приёмника энергий любви Святого Духа приходящего от них, и очищение наших возвратных модулирующих энергий – это линейная составляющая. Также у нас есть способность излучать обратно энергии любви Святого Духа – это нелинейная (божественная) составляющая нашей любви. Повторю данные из статьи к прошлому сеансу. В среднем у людей способность транслировать линейную/нелинейную любовь 95/5%, у Сергия Радонежского было 40/60%, у Ника Вуйчича 10/90%.
Мы обязаны делиться ей правильно. От того, насколько правильно мы её транслируем, зависит наше восприятие как себя, так и других. Любовь Творца — это возвышенная любовь к неплотной материи и душе, а любовь Божественной Матрицы — любовь к материальности, к личности и телу. Очень важно совмещать их аспекты грамотно. Любовь — инструмент познания мира. Она способна соединить Творца и Матрицу в новый мир, где выбор, кем и как быть, станет шире. Поэтому стоит уделять внимание разным аспектам любви. На сеансе мы будем учиться расширять сознание и потихоньку избавляться от шаблонов долга.